![Неравный бой. Почему ATP и WTA должны жить дружно](https://gamesetmatch.ru/wp-content/themes/gamesetmatch/cache/17bae370c_950x550.png)
Неравный бой. Почему ATP и WTA должны жить дружно
Со своими бакенбардами и длинными светлыми волосами Рэймонд Мур стал, должно быть, довольно запоминающейся фигурой среди своих гладко выбритых коллег в безрассудные дни, когда профессиональный тур только начинал своё существование. В мемуарах южноафриканца Гордона Форбса “A Handful of Summers”, написанных о теннисе 60-ых годов, автор вспоминает свою первую встречу с соотечественником на кортах Queens’ Club в Лондоне:
Моё первое впечатление было таким, будто я подошёл к знахарю-блондину.
В книге Ричарда Эванса “Open Game” Мур описан, как человек, который “выглядел, как бездомный, с пышными усами и волосами до плечей”.
Но что гораздо важнее Муровского чувства вкуса, так это его роль в теннисной революции на рассвете Открытой Эры. Со своим другом, Артуром Эшем, он был одним из лидеров и, в конечном итоге, президентом группы игроков, которые впоследствии станут Ассоциацией теннисистов-профессионалов – ATP. В книге Эванса Мур показан шагающим рука об руку с Глэдис Хелдман, одной из соосновательниц WTA.
Вот этот человек и, теперь уже бывший, исполнительный директор турнира в Индиан-Уэллсе, который сделал следующее заявление: “Если бы я был теннисисткой, я бы каждую ночь вставал на колени и благодарил Бога за то, что подарил нам Роджера Федерера и Рафаэля Надаля, ведь именно они сделали теннис таким, каким он является сейчас”, – могут ли они быть одним и тем же лицом?
Тем не менее, если оглянуться назад на времена рождения профессионального тенниса на заре 70-ых, раздвоение личности Мура не покажется таким уж удивительным. ATP не так уж и способствовало становлению женского тенниса. Вот, что пишет Билли Джин Кинг в своей автобиографии о собственной попытке объединить силы двух туров в их бойкоте Уимблдона в 1973 году:
“В это время я возглавляла движение за создание Женской теннисной ассоциации, как Эш и несколько других теннисистов, инициировавших появление ATP ранее в сентябре”.
“Ничего страшного, если бы ATP не признала женщин-профессионалов. Я пришла к Артуру [Эшу] и другим лидерам ATP и сказала: “Слушайте, мы хотим поддержать вас в вашей борьбе, давайте будем работать вместе. И если вы бойкотируете Уимблдон, мы скорее всего сделаем это вместе с вами””.
“И теперь уловите всю ситуацию: мужчины затеяли большой спор, мы предлагаем им, открыто и честно, свою полную поддержку. Это же было полностью в их интересах. И что вы думаете, они согласились? Они даже не ответили”.
У меня никогда не было возможности заставить лидеров ATP элементарно сесть и изучить самые важные вопросы.
Это был классический раскол, но его последствия до сих пор преследуют спорт, спустя 43 года. Он привёл к усложнению контроля над игрой и раскрутки теннисных звёзд, вынудил покинуть свой пост президента WTA Ларри Скотта, который пытался сблизить два тура в конце нулевых, и стал причиной нескончаемых споров о равных призовых. Вы могли слышать эхо этого раскола в словах первой ракетки мира Новака Джоковича в воскресенье.
“Я понимаю, сколько сил и энергии WTA и все их адвокаты вложили для того, чтобы добиться равных призовых, – сказал серб после победы на турнире в Индиан-Уэллсе. – Я искренне аплодирую им за это. Они боролись за то, чего действительно заслуживают, и они получили это.
С другой стороны, я думаю, что мир мужского тенниса, мир ATP должен бороться за большее, потому что статистика показывает большее число зрителей на мужских матчах. Я думаю, что это одна из причин, почему мы заслуживаем большего”.
Было непонятно, хотел ли Джокович вновь открыть вопрос о равных призовых на мэйджорах, который, как заявил глава Совета Игроков ATP Эрик Буторак, был окончательно закрыт; или что он считает, будто мужчины должны получать больше на сдвоенных турнирах; или что он просто хочет убедиться, что мужчины в сумме получают больше.
Никто бы не обвинил Джоковича за слова о том, что ATP должна увеличить призовые, но почему нужно было сказать именно о том, что мужчины должны получать больше женщин? Почему бы не сказать, что весь спорт должен бороться за то, чтобы получать больше?
А потому, что, возвращаясь к 1973 году, профессиональный теннис никогда не функционировал подобным образом.
А что можно сказать о точке зрения Новака, когда он говорит о статистике, согласно которой мужские матчи посещает больше зрителей? Возможно ли на сдвоенных турнирах, подобных Индиан-Уэллсу, спросить у каждого зрителя, который покупает билет, на какого теннисиста или теннисистку он идёт смотреть? Некоторые – фанаты Серены Уильямс, некоторые – Роджера Федерера. Должны ли мы подсчитывать число людей на трибунах в каждом матче и на основании этих цифр определять призовые для каждого игрока?
Большинство зрителей, на мой взгляд, приходят на турниры Большого шлема или на такие турниры как в Индиан-Уэллс для того, чтобы посмотреть теннис, пропитаться его духом, окружить себя всем, что с ним связано, чтобы быть частью такого огромного, торжественного мероприятия.
Такие турниры – это настоящий праздник спорта, и они не были бы такими захватывающими, если бы на них не был представлен весь цвет тенниса. Индиан-Уэллс, уже не говоря о US Open, никогда бы не были такими, какие они есть, если бы на них играли представители только одного пола.
Уимблдон знаменит не только такими чемпионами, как Роджер Федерер, Пит Сампрас, Борис Беккер и Бьорн Борг, он также знаменит и благодаря Винус и Серене Уильямс, Штеффи Граф, Мартине Навратиловой и Билли Джин Кинг. Каждая из этих легенд сделала свой вклад в богатую историю Уимблдона и увеличила его популярность. Это разнообразие является уникальным для тенниса, это одна из сильнейших его сторон.
Что можно сказать о ТВ-рейтингах? Высокие рейтинги могут достигаться благодаря всего одной звезде любого пола, и данные зависят от страны. За последние 15 лет ESPN часто сообщала о более высоких рейтингах женских финалов в США. В основном, конечно, благодаря победам сестёр Уильямс. В Великобритании рейтинги Уимблдона выше у мужских матчей, благодаря Энди Маррею. Но мне представляется, что когда на Центральный корт Уимблдона в 70-ых выходила Вирджиния Уэйд, рейтинг женских матчей был выше мужских.
Как я уже писал ранее, я за равные призовые на мэйджорах, даже несмотря на то, что мужчины играют пятисетовики, а женщины обходятся трёхсетовым форматом. Факт, который нельзя игнорировать – если ты выбираешь между билетом на мужской и женский финал ТБШ, ты, скорее всего, действительно предпочтёшь посетить мужской матч. Хотя бы просто потому, что у тебя будет гарантия более длительного просмотра тенниса. Но как я писал раньше, это не значит, что женщины приносят Шлемам меньше популярности в целом.
В прошлом не было столько разговоров о равных призовых на других сдвоенных турнирах. На них нет различия в длительности матчей – женщины и мужчины одинаково играют свои матчи в трёхсетовом формате. Здесь есть различие в том, откуда берутся деньги для призовых. В то время как турниры Большого шлема платят деньги из своего кармана, на остальных турнирах туры вовлечены в процесс установления призового фонда и внесения туда денег. И ATP может себе позволить платить больше. На супертурнирах в Индиан-Уэллсе, Майами и Риме, первые два из которых принадлежат миллиардерам, а третий – крупной имиджевой корпорации IMG, женщины и мужчины получают одинаковые суммы. Но ATP платит больше, чем WTA в Риме, Торонто и Монреале, Цинциннати. И вновь, свидетельство классического раскола.
Даже когда туры вместе путешествуют на турниры и параллельно принимают в них участие, они продают себя по-отдельности.
Чтобы увидеть, что происходит, когда оба тура ведут бизнес совместно, достаточно взглянуть на турниры Большого шлема. Это ведь не совпадение, что они становятся всё более успешными, влиятельными и известными с каждым годом. Можно также взглянуть на медиа-бум, который сопровождал запуск выставочной лиги IPTL в 2014 году. Когда все объединяются в одну команду – Роджер, Серена, Мария, Гаэль и так далее, – звёздная мощь тенниса растёт в геометрической прогрессии.
Он не начнётся с призовых денег. Он начнётся тогда, когда мужчины в спорте начнут думать и говорить об этом. Джокович, говоря о том, что ATP более популярна, чем WTA, вероятно вторил мнению подавляющего большинства своих коллег. Единственный, насколько я помню, теннисист, который признаёт и хвалит женский теннис, – это Энди Маррей. Надеюсь, что Маррей, первый игрок ATP, который игнорирует укоренившийся раскол в теннисе, станет поворотной фигурой в будущем, когда мужчины увидят плюсы в сильном и конкурентном женском туре и перестанут автоматически ставить мужской тур на ступеньку выше.
Кто мог спокойно сидеть во время женского финала на турнире в Индиан-Уэллс, наблюдая за потрясающим матчем Серены Уильямс и Виктории Азаренко? Кто мог смотреть турнир две недели и не заметить, насколько он стал лучше с участием Серены, и сколь много фанатов пришли посмотреть на её игру? За что ещё молодой Рэймонд Мур и его коллеги могли бороться, как не за это?
Источник: tennis.com